Вторник, 25.07.2017, 13:46

Карачаевцы и балкарцы

Сют сюек ёсдюрюр.
Меню сайта
Полезные ссылки
  • Архыз 24Круглосуточный информационный телеканал
  • ЭльбрусоидФонд содействия развитию карачаево-балкарской молодежи
  • КъарачайСайт республиканской газеты «Карачай»
  • ILMU.SU Об аланах, скифах и иных древних народах, оказавших влияние на этногенез народов Северного Кавказа
Последние комментарии
04.05.2017 | 22:28 | Русско-карачаево-балкарский словарь (мини версия)
Къур-къур оюнлу- перевод
17.11.2016 | 20:02 | КАРАЧАЙ И БАЛКАРИЯ В РУССКО-КАВКАЗСКОЙ ВОЙНЕ
жаль,что нет подобного материала, я уверен можно побольше инфы на эту тему сау бол ишигден къууан.
17.11.2016 | 19:59 | КАРАЧАЙ И БАЛКАРИЯ В РУССКО-КАВКАЗСКОЙ ВОЙНЕ
Оригинал договора 1827 года или копию где найти?
15.10.2016 | 18:05 | Русско-карачаево-балкарский словарь (мини версия)
Олово- къоргъашын,
отдых- солуулукъ
трусы- ич кёнчек ))
улыбка- ышаргъан
15.10.2016 | 17:51 | Русско-карачаево-балкарский словарь (мини версия)
Можжевельник- джабышмакъ терек
02.09.2016 | 23:43 | Из истории грузино-балкарских отношений
Содержательная и умная статья. Очень перспективное для исследователей направление
22.05.2015 | 15:20 | Восстание горцев Верхней Кубани осенью 1920г.
Это обязаны знать все.
24.02.2015 | 09:57 | Татаркъан
Вам нужна в бумажном варианте? В электронном варианте могу скинуть Вам))

Статьи

Главная » Статьи » Материалы библиотеки » Общие 1

О карачаевских народных песнях
Къарачай халкъ джырла
Карачаевские народные песни
Джарашдыргъанла Гочияланы С. А., Ортабайланы Р. А. - К., Сюйюнчланы X. И.

О карачаевских народных песнях

Карачаевцы — один из древних народов, .населяющих Северный Кавказ. Они живут в Карачаево-Черкесской автономной области. Общая численность карачаевцев около 85 тыс. человек.

По языку и культуре карачаевцы составляют единую народность с балкарцами, населяющими Кабардино-Балкарскую автономную республику. Язык карачаевцев и балкарцев относится к кыпчакской группе тюркских языков.

В науке вопрос о происхождении карачаевцев и балкарцев ввиду отсутствия источников остается тока нерешенным. Одни исследователи считают, что основным этническим элементом в формировании карачаевцев и балкарцев |были кыпчаки, другие — кавказские племена, носители так называемой кобанской культуры, третьи — болгары, четвертые—аланы и т. д.1См. подробнее X. О. Лайпайпанов. К истории каракарачев и балкарцев, Черкесск, 1957; Е. П. Алексеев,, Карачаевцы и балкарцы — Древний народ Кавказа, Черкесск, 1963; В. П. Невска,, Социально-экономическое развитие Карачая в XIX в. Дореформенный период, Черкесск, 1960; сб. «О происхождении балкарцев .и карачаевцев. Материалы научной сессии по проблеме происхождения балкарцев и карачаевцев 22—26 июня 1959 г.», Нальчик, 1960..

Вплоть до Великой Октябрьской революции у карачаевцев и балкарцев, как и у многих других народностей Северного Кавказа, не было своей письменности, хотя попыток создать ее предпринималось немало. Горская знать и духовенство использовали арабскую графику, приспособленную к карачаево-балкарскому языку.

Единственную сферу проявления художественно-образного мышления народа, средство выражения его идеалов, миропонимания представлял собой фольклор. Наиболее популярными жанрами словесного искусства карачаевцев были песни: обрядовые, охотничьи, трудовые, песни-пожелания, историко-героические, лирические, сатирические, шуточные, песни-плачи, песни-проклятия, детские и колыбельные. В песне народ выражал протест против социального гнета и эксплуататоров. Герои народных песен — великодушные, смелые, честные, благородные — служили примером для подражания многим поколениям людей. В них отражены народные представления о прекрасном и безобразном, о чести и бесчестье, о справедливости и несправедливости.

Народ любил песню. Об этом говорят пословицы: «Сёз — кюмюш, джыр —алтын» («Слово — серебро, песня— золото»), «Джырсыз кюн батмаз, ишсиз къарын тоймаз» («Без песни время будет тянуться бесконечно долго, без работы желудок будет вечно пуст») и др.

До Великой Октябрьской социалистической революции никто специально не занимался собиранием и изучением песенного творчества карачаевцев. Первые и единственные записи карачаевских народных песен были сделаны В. Прёле. В 1909 г. в 10-м номере журнала «Keleti Szemle», выходившем в Будапеште, появилась его статья «Карачаевские этюды» («Каratschaische Studien»), в которой приводились тексты песен «Гапалау», «Канамат», «Ильяс», «Маджир», «Джёрме», «Солтан», а также больше 30 ннаров.

Не велась в дореволюционный период и исследовательская работа. Исключением можно считать лишь статью Г. Ф. Чурсина «Музыка и танцы карачаевцев»2Журн. «Кавказ», 1901, № 270..

Записи музыкального фольклора карачаевцев были сделаны впервые известными русскими композиторами М. А. Балакиревым и С. И. Танеевым.

М. А. Балакирев трижды посетил Кавказ —в 1862, 1863 и 1868 гг. Результатом этих поездок явилось издание «Записок кавказской народной музыки»3М. А. Балакирв,, Воспоминания и письма, Л, 1962, стр. 452— 453., в которые вошло 11 северокавказских мелодий —9 кабардинских и карачаево-балкарских, 2 чеченские.

С. И. Танеев побывал на Северном Кавказе в 1885 г. Несколько дней он провел в Хасауте и Урусбиевском ауле. О своих впечатлениях и наблюдениях композитор рассказал в статье «О музыке горских татар», опубликованной в 1888 г. в январском номере журнала «Вестник Европы». Человек большой культуры, тонкий ценитель народного искусства, С. И. Танеев не только сумел по достоинству оценить музыку горцев, отличающуюся, по его .словам, богатством и разнообразием мелодики и ритмики, но и выразил свое сожаление, тревогу о безвозвратном исчезновении многих народных .песен горцев. «Я записал двадцать песен, продиктованных мне князем Урусбиевым. По словам горцев, он один из немногих знатоков кавказских песен, мало-помалу изчезающих из памяти народа...»4«Памяти Сергея Ивановича Танеева. 1856-1946. Сборник статей», М—Л., 1947, стр. 196..

Среди песен, записанных Танеевым, были кабардинские, карачаевские,. осетинские мелодии («Каншаубий», «Долай», «Карачаевская гумная песня» и др.).

Систематическая работа по собиранию и изучению устно-поэтического творчества карачаевцев началась лишь после Великой Октябрьской социалистической революции. В советское время осуществлен ряд публикаций фольклора5«Насра Ходжаны хапарлары», Микоян-Шахар, 1931; «Насра Ходжа-кы хапарлары», Микоян-Шахар, 1936; «Къарачай фольклор», Микоян-Шахар, 1940; «Эски къарачай джырла», Микоян-Шахар, 1940; «Нарт сёз-ле», джарашдыргъан Алийланы Солтан, Черкесск, 1963; «Къарачай халкъ таурухла», Черкесск, 1963; «Къарачай поэзияны антологиясы», Ставрополь, 1965.

В области собирания песенного творчества карачаевцев много сделал Хамид Оразович Лайпанов. Записи X. Q. Лайпанова составили материал для сборника «Эски къарачай джырла», вышедшего в 1940 г. Достоинство этого сборника в том, что тексты в нем относительно полные, миогие песни записаны в нескольких вариантах и снабжены ценными комментариями, раскрывающими время и историю их создания. Сборнику предпослана вступительная статья «О старинных народных песнях», в которой дается общая характеристика песенного наследия карачаевцев. Недостаток книги — отсутствие точной паспортизации текстов.

Ценный фольклорный материал собран Карачаево-Черкесским научно-исследовательским институтом, в рукописном фонде которого хранятся песни, записанные в разное время сотрудниками .института X. Суюнчсвым, С. Гочияевой, Р. Алиевым и др.

В 1965 г. вышла из печати «Антология карачаевской поэзии» («Къарачай поэзияны антологиясы», составители М. Акбаев, X. Байрамукова, Н. Кагиева), содержащая много карачаево-балкарских старинных и современных песен.

К сожалению, теоретических исследований песенного творчества карачаевцев мало. Можно назвать лишь статьи Ислама Карачайлы «Сатирические песни Карачая»6«Северный Кавказ», 1930, № 1, стр. 39., Льва Бекетова «О фольклоре Карачая»7Газ. «Красный Карачай», 1935, № 114., Д. Р. Рогаль-Левицкого «Карачаевская народная песня»8Журн. «Музыкальное образование», М., 1928, № 2.. Однако их авторы касаются частных вопросов, не ставя своей задачей охарактеризовать в целом песенное искусство карачаевцев.

В значительной мере пробел в этой области .воаполнила книга А. И. Караевой «О фольклорном наследии карачаево-балкарского народа», вышедшая в Черкесске в 1961 г. Автор этой интересной работы уделяет немало внимания исследованию песенного творчества карачаевцев и балкарцев. В книге дан глубокий и обстоятельный анализ многих старинных песен, их содержания, стилевых особенностей.

В последние годы в области изучения карачаевских песен много и плодотворно работает М. А. Хубиев, работы которого ждут опубликования.

Такова вкратце история собирания и изучения карачаевских народных песен.

* * *

Наиболее древний пласт песенного наследия карачаевцев составляют трудовые песни («Долай», «Инай», «Эрирей»). В них нашли отражение условия жизни, религиозно-магические верования, социальные отношения карачаевцев в период язычества. По рассказам стариков, песню «Долай» пели во время сбивания масла, «Эрирей» — во время молотьбы, «Инай» — во время тканья. Всем этим песням приписывались магические функции: обращаясь в песне к божествам, люди надеялись получить как можно быстрее и больше масла («Долай»), зерна («Эрирей»), красивое и прочное платье («Инай»), Из песни «Долай» можно узнать много интересного о жизни пастухов в коше: о том, что масло они сбивали в гыбытах — бурдюках, а подавали в гоппанах — деревянных чашах, что всеми делами руководил кош тамада, который мог похвалить или наказать пастуха, что кош посещали гости, и хозяева считали своим долгом, как можно лучше принять и угостить их... Из песни «Эрирей» мы узнаем, что молотьбу карачаевцы начинали на рассвете всем аулом, молотили с помощью быков, и быков старались подобрать молодых, необъезженных...

В поэтике трудовых песен много общего: сжатая, удобная для произнесения форма, однотипные сочетания слов и возгласов, ритмический склад:

Ой Долай, былай джау гыбыт,
Бузугъу болмагъан сау гыбыт,
Муну айранындан джауу кёб.
Муну бузугъундан сауу кёб.
(«Долай»)

Ой, Эрирей деген къуатды,
Джарлыгъа берген суабды.
Джарлыгъа берген джан ючюн,
Ой, байгъа, бийге берген мал ючюн.
(«Эрирей»)

Песням «Долай», «Эрирей», «Инай» присуща афористичность: «Анасына къараб къызын ал, анасыны сыры къыызында, атасыны сыры уланда» («По матери бери дочь, все материнское передается дочери, все отцовское—сыну»); «Джарлыгъа берген джан ючюн, ой байгъа-бийге берген мал ючюн» («Бедняку подают из сочувствия, а баям-биям дают из подобострастия»); «Ой, эринчекни эр алмаз, эр алса да кёл салмаз» («На ленивой никто не женится, а если и женится, то не будет рад»); «Баса кирсенг, чепкен кирир, басалмасанг, четен кюлюр» («Будешь тонко шерсть прясть, платье получится, а не то —циновка над тобой посмеется») и др.

У карачаевцев сохранились две древние охотничьи песни — «Апсаты» и «Бийнёгер». По всей вероятности, когда-то охотничьи песни составляли значительную часть песенного фольклора, ибо охота, как известно, была одним из основных средств к существованию.

Первая песня прославляет бога охоты Апсаты, его силу, богатство, могущество, его смелых и благородных сыновей и красивых чернобровы* и светловолосый дочерей. Жизнь охотника полна лишений, трудностей («За плечами у него тяжелое железное ружье, за пазухой — кусок подгоревшей кукурузной лепешки»). Пусть всесильный Апсаты посочувствует усталым, голодным, невыспавшимся охотникам и поможет им вернуться домой с хорошей добычей:

Орайда, день мой трудовой,
Чтоб топилось масло в котлах,
Чтоб мы наелись дичи.
Парням мяса полные котлы.
Орайда, день мой трудовой,
Дай нам большого тура на убой.

Песню «Апсаты» было принято исполнять для удачи перед уходом на охоту.

Оригинален сюжет старинной охотничьей песни «Бийнёгер»9Обстоятельный анализ этой песни дан в книгк А. А. И.раевой «О фольклорном наследии карачаево-балкарского народа» (стр, 32—35).. У Бийнёгера, смелого и удачливого охотника, заболел брат. Вылечить его может лишь молоко белого оленя. Бийнёгер отправляется на охоту. Преследуя белого трехногого оленя, Бийнёгер заходит далеко в горы, откуда выбраться живым невозможно. Это Фатима, дочь Апсаты, приняв облик оленя, завлекла сюда Бийнёгера. За то, что охотник убил слишком много оленей, она прокляла его, и Бийнёгера ждет долгая и мучительная смерть. Но любимая Бийнёгера подсказывает ему, как принять мгновенную смерть, —спрыгнуть со скалы.

«Бийнёгер» — песня высокого драматического пафоса. Она воспевает человеческое благородство, смелость, мужество. С симпатией обрисованы в песне образы Бийнёгера, его брата Умара и верной возлюбленной. Эмоциональной выразительности песни способствуют своеобразные метафоры, сравнения, обращения, ритмическое богатство. По композиции, по той большой роли, которую играют в песне монологи и диалоги, по драматизму повествования песня «Бийнёгер» приближается к лиро-эпической поэме.

К наиболее древнему пласту карачаевской народной поэзии относятся и алгыши (песни-пожелания). В отличие от песен других жанров алгыши не поются, а произносятся речитативом. Тексты их строятся на широком использовании пословиц, поговорок, афоризмов, параллелизма.

Особенно популярны в народе свадебные алгышы. В них даются добрые наставления молодым —как жить, к чему стремиться. Особенно большие обязанности возлагают свадебные алгыши «а женщину: она должна стать бережливой хозяйкой, заботливой матерью, старательной труженицей.

Что касается происхождения алгышей, то нам представляется правильной мысль, высказанная А. И. Караевой: «Алгыш возник, очевидно, в языческой древности, как гимн богу неба Тейри, о чем говорит сохраняющаяся и поныне в некоторых его вариантах архаическая формула заклинания: „Тейри версии ол насыбны..." („Да подаст это благо Тейри“). В дальнейшем алцаш стал частью свадебного обряда „открытия лица“ невесты свекру }i свекрови... Со временем алгыш вышел за рамки свадебного обряда и наряду с напутственными алгышами распространение получили застольные, произносимые при поднятии чаши или кубка»10А. И. Караева, О фольклорном наследии карачаево-балкарского народа, стр. 25—26..

Обширную часть песенного творчества карачаевцев составляют песни, связанные с памятными событиями. Исторический фон в этих песнях конкретен, заметно стремление их создателей более или менее точно воспроизвести происшедшее, сохранить имена действующих лиц, название местности, где происходило то или иное событие. Так, в песне «Ачей улу Ачемез» нашла отражение борьба народа за независимость. В XV—XVI вв. Карачай подвергался неоднократным набегам крымских ханов. В «Ачей улу Ачемез» повествуется об убийстве молодым карачаевцем Ачей улу Ачемезом крымского хана. Хан, приехав в карачаевский аул, решил провести ночь с красавицей Боюнчак — женой Ачей улу Ачемеза. Песня прославляет мужество Ачей улу Ачемеза, не потерпевшего посягательства на честь семьи.

В устно-поэтическом творчестве карачаевцев сохранились также песни о русско-турецкой 1877—1878 гг. («Старые воины» — «Эски аскерчиле») и русско-японской 1904—1905 гг. («Песня карачаевских парней, ушедших на японскую войну» —«Иион урушха кетген къарачай джашланы джырлары») войнах, в которых карачаевцы выступали на стороне России. Лейтмотив этих песен — тоска отправленных на чужбину солдат по родине.

Большой трагедией в жизни карачаевского народа во второй половине XIX в. было массовое переселение в Турцию, вызванное политикой царизма, агитацией турецких агентов, предательством горской знати. О душевных страданиях, голоде, нищете, о тяжелой доле тех, кто оказался в Турции, поется в «Песне ушедших в Стамбул» («Стампулгъа кетгенлени джырлары»):

Вот бы увидеть воды Теберды,
На .Востоке запивать её водою клеб,
Если бы бог наметил,
Как прежде, на крутом склоне
Жить семью аулами.

По своему звучанию «Песня ушедших в Стамбул» близка к песням-плачам.

Немало у карачаевцев песен о набегах врагов. Набеги на соседей были одним из источников обогащения княжеско-дворянского сословия11Ом. Ш. Д. Инал - Ип ,, Абхазы, Сухуми, 1960. и носили грабительский характер. Нападающие захватывали в плен не только скот, яо и людей. Карачай не раз подвергался опустошительным набегам. Особенно часто нападали на него абазинские и кабардинские князья («Татаркъан», «Джандар», «Стадо овец Кубановых»— «Къобанланы къой белек», «Заурбек»).

К числу наиболее популярных песен этого цикла относится песня «Татаркан». На аул Татаркана нападают кызылбеки 12Кызылбеки — одно из абазинских племен. и угоняют из Дуута много людей и скота. Узнав о случившемся, Татаркан бросается вслед за грабителями. К нему присоединяются смельчаки. Они настигают кызылбеков, когда те, перейдя реку и уничтожив мост, располагаются на ночлег на другом берегу. Татаркан переплывает реку и пробирается к лагерю врага. Молочная мать Татаркана, оказавшаяся среди пленных, показав на свои волосы, дает понять Татаркану, что врагов так много, как волос на ее голове. «Нас тоже много, как много волос в моей бороде», — отвечает Татаркан. Убедившись в том, что кызылбеки спят глубоким сном, Татаркан возвращается к своим спутникам и помогает им перебраться через реку. Они нападают на кызылбеков, разбивают их и возвращают домой людей и скот.

Песня «Джандар» воспевает храбрость другого героя, мужественно вступившего в бой с грабителями и погибшего в сражении.

В цикле песен о набегах есть и такие, в которых говорится о набегах, совершаемых самими карачаевцами на соседей («Ильяс», «Чёпеллеу» и др.). Характерно, что песни осуждают грабительские набеги, карачаевских баев и биев, и тех, кто следовал их велению.

Трудовой народ Карачая страдал не только от частых нашествий иноземцев. Его жестоко угнетали «свои», карачаевские баи, бии, духовенство. Среди карачаевских народных песен значительное место занимают песни протеста и борьбы против социальной несправедливости и гнета. Это песни «Барак», «Канамат», «Джагайланы Майыл», «Кара-Мусса», «Эльмырза Кубанов» («Къобанланы Эльмырза»), «Песня о Солтан-Хаджи» («Солтан-Хаджини джыры»), «Мой Каншаубий» (Къаншаубийим»), «Братья-абреки» («Абрек уланла»), «Песня о Хасане» («Хасанны джыры») и др. Героев этих песен объединяет ненависть к угнетателям. Многие из них — Барак, Къанамат, Эльмырза, Солтан-Хаджи — открыто и сознательно протестуют против социальной несправедливости. Песни раскрывают тяготы крестьянского труда/полную экономическую и правовую зависимость трудовых масс от богатеев, гневно обличают бесчеловечное отношение власть имущих к народу. Так, в песне «Барак» повествуется о том, как молодой крестьянин нанялся в пастухи к богачам Абуковьгм и через пять лет был выгнан ими без уплаты заработанного. Барак в знак протеста угнал двух коней. Через некоторое время он был арестован и отправлен в Сибирь за «кражу»...

В песне «Эльмырза Кубанов» крестьянин Эльмырза нанимается в пастухи к Хасану Абаеву. В голоде, холоде и лишениях проходят пять долгих лет, но по истечении этого срока помещик отказывается отдать Эльмырзе заработанных им овец. Не выдержав такого издевательства, крестьянин убил помещика. За убийство Эльмырза был отправлен в Сибирь.

Если Барак и Эльмырза мстят своим хозяевам за личные обиды и протестуют в одиночку, то герой «Песни о Солтан-Хаджи» выступает против социальной несправедливости вместе с народом, защищая его интересы.

Солтан-Хаджи Байчоров — человек, которого помнят и сегодня некоторые старики-карачаевцы. Он жил в ауле Верхняя Теберда, был из состоятельной семьи. В 1908 г. в Верхней Теберде началась борьба крестьян с представителями дворянско-княжеского сословия за справедливый раздел земель. Возглавил это движение Солтан-Хаджи Байчоров. Когда крестьянское движение было подавлено, Солтан-Хаджи был сослан в Оренбургскую губернию...

Образ народного заступника изображен в песне с нескрываемой симпатией. Уважение, которым пользовался Солтан-Хаджи в народе, обусловило сочувственный тон песни, характер эпитетов героя, символические образы-оценки подвига Солтан-Хаджи (родник, из которого каждый может выпить холодной ключевой воды, и т. п.). Горе народа в песне также нашло свой символ: в момент ареста Солтан-Хаджи к его дому слетаются ласточки и голуби и‘поднимают гам...

Протест против социальной несправедливости нашел выражение и в песнях о крестьянах, вынужденных из-за преследования царской администрации покинуть родной аул и стать абреками («Канамат», «Братья-абреки» и др.).

В словесном искусстве карачаевцев широко представлены любовные песни. Многие из них воспевают любовь как высокое и светлое чувство, красоту любимой («Айджаяк», «Кемисхан», «Байдымат», «Гокка» и др.). Элегический характер носят песни о несчастной любви, которая не по вине любящих оканчивается их разлукой или гибелью («Акбийче и Рамазан» -«Акъбийче бла Рамазан», «Зарият», «Вечером» — «Экинди бла ашхам арасында» и др.). Причиной любовных трагедий чаще всего оказывается социальное и имущественное неравенство.

Немало у карачаевцев песен о муках безответной любви («Мне мерещится что-то» — «Кёзюме кёрюнелле бир кёлекгеле, бир затла», «Мой милый, куда идешь?» — «Мени да сюйгеним, къайры бараенг?»). Основной их мотив — сердечная тоска, грусть по любимой (или любимому). Интересны и своеобразны песни — объяснения в любви между юношей и девушкой, построенные в форме диалога. Из этого цикла наиболее популярна песня «Играй, мой саз» («Сазым ойнай, саз ойнай»). Она создает образ искренне любящего юноши, готового пойти ради любимой на все.

У карачаевцев есть прекрасные шуточные песни («Джёрме», «Песня Байчорова Кара-Джаша» — «Байчораланы Къара-Джашны джыры», «Песня горных пастбищ» — «Тау къышлыкъланы джырлары» и др.), в которых высмеиваются человеческие пороки (обжорство, нерадивость в труде, хвастовство и т. п.). Шуточным песням присущи здоровый юмор, полнота жизненных ощущений, острота и конкретность изображения:

Мое джёрме13Джёрме — род вареной колбасы из нутряного сала, завернутого в стенки желудка.
Толще бревна, ой-ой.
Мое джёрме в один живот
Не вместилось бы, ой-ой,
Мое джёрме жирное было,
С перевязочками, ой-ой,
Мое джёрме тому, кто съел,
Скандальное было, ой-ой.
(«Джёрме»)

Значительный цикл составляют детские и колыбельные песни. Они отличаются занимательностью содержания, живостью и меткостью языка.

Таковы основные традиционные жанры песенного творчества карачаевцев.

* * *

После Великой Октябрьской социалистической революции раскрылись творческие способности народных масс.

Героика революционных преобразований в стране, трудовой энтузиазм трудящихся, защита социалистической Родины, новые отношения в семье и обществе—все это нашло отражение в народных песнях, созданных в советское время.

Важное идейно-политическое значение имеют песни о В. И. Ленине, Коммунистической партии, Советской власти, Красной Армии. Глубокий патриотизм, чувство радости и гордости за свой народ, за партию, непримиримая ненависть к стары.м «хозяевам» жизни пронизывают эти песни («Да здравствует наша партия» — «Джашасын бизни партия»; «Партии сыны» — «Партияны джашлары»; «Песня девушки-горянки» — «Таулу къыз-ны джыры» и др.). В песнях о В. И. Ленине наш великий вождь изображен как воплощение ума, благородства, мужесра. Для характеристики Ильича используются национальные образы, сравнения, метафоры:

Ленин боролся за ум и справедливость.
Десять его пальцев — золотое дерево.
Ленин родился и сдружил трудящихся,
Эксплуататоров стер с лица земли.
Имя Ленина будет жить в веках,
Дела его —пример мужественным.
Партии нас оставил Ленин,
Наша жизнь хороша, прекрасна.
(«Ленин»)

Боевой, революционный характер носят песни о Красной Армии («Красная Армия» — «Къызыл Аскер», «Да здравствует наша Красная Армия»—«Джашасын бизни Къызыл Аскерибиз» и др.). В них поется о готовности советских воинов в любой момент защитить Родину, народ, Советскую власть. Песням о Красной Армии свойственны бодрость тона, маршевая ритмика.

Обширную часть песенного творчества советского времени составляют произведения о родном крае, воспевающие неповторимую красоту кавказской природы—ее высокие горные вершины, шумные водопады, быстрые реки, зеленые леса и луга («Эльбрус» — «Минги тау»; «Карачай»; «Мой город Карэчаевск» —«Къарачай шахарым»; «Весна пришла в Теберду»— «Джаз келгенди Тебердиге»), Образы родной природы в этих песнях органичны с картинами разительных перемен в жизни карачаевцев после Великой Октябрьской революции. Широкое распространение (не только среди карачаевцев и балкарцев, но и среди других народов Карачаево-Черкесии — черкесов, абазин, ногайцев, русских) получила песня о гордом седоглавом старце Эльбрусе:

Ты высокий — до неба.
Среди малых гор,
Как стекло, блестят
Льды твои.

Некоторые из названных нами песен о Ленине, партии, Красной Армии, родном крае имеют литературное происхождение. Так, текст «Песни о Ленине» написан известным карачаевским поэтом Османом Хубиевым, «Песня девушки-горянки» принадлежит Дауту Байкулову, «Красная Армия» — Абул-Кериму Батчаеву, песня «Да здравствует наша партия» — Дагиру Кубанову, а «Мой город Карачаевск» — Азамату Суюнчеву. Глубоко народные по своему содержанию, поэтическому строю эти песни воспринимаются народом как свои.

Значительное место в песенном творчестве карачаевцев заняла тема труда. Показательны в этом отношении «Песня девушки-колхозницы» («Колхозчу къызны джыры»), «Песня пастуха» («Сюрюучюню джыры»), «Коса» («Чалкъычыкъ»), «Ребята, рубите держаки для кос» («Чалкъыгъа сабла кесигиз, джашла»), «Парень и девушка — косари» («Чалкъычы джаш бла дырынчы къыз»). Они раскрывают трудовой энтузиазм масс, социалистическое отношение к труду и общественной собственности, рост общественного и личного благосостояния. Воспевание труда сливается в них с образом преображенной Родины.

Интереоный песенный репертуар был создан в годы Великой Отечественной войны, когда все народы нашей страны поднялись на смертный бой с фашистской Германией. Песни военных лет, созданные и на фронте и в тылу, воспевали отвагу и стойкость советских людей. В эти годы у карачаевцев преобладают песни-послания (на фронт и с фронта) и песни-плачи. Песни-послания имеют бодрый, жизнеутверждающий характер («Песня воина» — «Аскерчини джыры»; «Соловушка» — «Булбулчукъ»; «Героем возвращайся!» —«Герой болуб къайт!»; «Парню, ушедшему в Армию» —«Аскерге кетген джашха» и др.). В песнях-плачах преобладают мотивы горькой утраты товарищей и друзей {«Фронтовые друзья» — «Фронт чу тенгле»), любимых |(«Энвер»), родственников («Плач о Мухаджире» — «Мухаджирни кюую», «Мои братья» — «Къарнашларым»). И песни-послания и песни-плачи — глубоко патриотичны, проникнуты твердой уверенностью в конечной победе над фашизмом. Это призывы к борьбе, к мести за горе, смерть, страдания близких и родных.

В песни периода Великой Отечественной войны очень органично вошла тема любви, особенно мотивы верности в разлуке, ожидания любимого («Рамазан», «Энвер»),

В некоторых песнях прославляются люди, чювершившие бессмертные подвиги во имя Родины. Такова песня-ода о Герое Советского Союза Османе Касаеве, мужественном партизане, погибшем в лесах Белоруссии («Совет Союзну Джигити Къасайланы Османны джыры»). Она утверждает бессмертие верного сына Родины. Подвиг героя будет воодушевлять все новые и «овые поколения советских людей:

Твое имя славное вырезают
На скалах среди лесов,
Называют тебя героем Белоруссии,
Храброго сына Карачая.
В Белорусских лесах, где ты сражался,
Теперь заводы растут,
Пусть в нашем отечестве
И впредь родятся такие сыны, как Осман.

Значение песен периода Великой Отечественной войны, в которых нашли отражение высокий нравственный дух советских людей, их патриотизм, лреданность идеалам Коммунистической партии, трудно переоценить. Обширную часть песеннопу творчества карачаевцев советского времени составляют песни о любви. Их жанровый и тематический диапазон весьма широк. По сравнению с дореволюционным периодом характер любовной лирики заметно изменился. Раньше преобладали песни о несчастной, трагической любви («Зарият», «Акбийче и Рамазан» и др.). Современные же песни о любви в подавляющем большинстве исполнены здорового оптимизма, в них звучат светлый юмор, легкая ирония, нежное лукавство («Открой, милая, двери» — «Эшиклени ары бир ач», «Песня о любви» — «Сюймеклик джыр», «Айшат», «Актамак» и многие другие).

Большой популярностью пользуется в народе «Актамак». Эта глубоко эмоциональная, поэтичная песня — вдохновенное излияние чувств влюбленного. Мысленно влюбленный путешествует со СБоей Актамак в свадебном фаэтоне, запряженном парой быстрых лошадей, по Кабарде, Балкарии, Карачаю. Страсть, порывистость, волнение отразились в содержании, Фбщей тональности тесни и ритмике ее стиха:

Садись, моя Актамак, в фаэтон
Нарядная, как кукла.
А я слева буду восседать,
Как гордый сокол.
Садись, моя Актамак, в фаэтон,
Шелковые стяги пусть тебя окутают,
Ои, слева буду я восседать,
Как лиса, ухмыляясь,
Садись, моя Актамак, в фаэтон,
Словно звезда яркая,
Эй, слева буду я сидеть
В трепете, как тигр перед боем.

Широко представлены в современной любовной лирике инары (четверостишия). Подобно русским частушкам, они легко импровизируются. Любовь, ревность, есора с любимым — основное их содержание.

В любовной лирике карачаевцев есть и песни грустного характера (кюуле), повествующие о болезни, смерти любимого человека. Их главный мотив —страдания, тоска человека, потерявшего друга (подругу). Как правило, это сюжетные песий, рассказывающие об обстоятельствах и времени смерти любимого человека («Плач Медины» — «Мединаны ккпга», «Плач Нанык» — «Наныкъны кюую» и др.).

Из других жанров наибольшее развитие получили в советское время песни-здравицы (алгъышла), шуточные песни и песни для детей.

Дать обстоятельную характеристику современного песенного творче ства карачаевцев трудно. Во-первых, потому, что многие песни, созданные в советский период, еще не записаны и не опубликованы. Во-вторых, потому, что многие песни еще не получили широкого общественного признания. Но несомненно одно: песня остается одним из наиболее оперативных и популярных в народе фольклорных жанров.

* * *

Авторами, хранителями и распространителями народных песен были народные певцы — джырчы. Это неграмотные, но умудренные большим жизненным опытом, поэтически одаренные, обладающие хорошей памятью и голосом люди. Джырчы прекрасно знали историю, быт, психологию и обычаи своего народа. По своему сословному положению народные певцы былн связаны с трудовыми массами.

О том большом авторитете и уважении, каким они пользовались, свидетельствуют сохранившиеся в народе легенды — хапары — о жизни тех или иных певцов, а также многочисленные пословицы и поговорки («Джырчы ёлсе, джыры къалыр» — «Певец умирает, а песня его остается»; «Джырчы джырчыгъа къарнаш» — «Певец певцу брат»; «Джыргьа уста джарыкъ джулдуз кибикди» — «Умеющий хорошо петь подобен лучезарной звезде» и многие другие).

Верную характеристику карачаевским народным певцам дал Ислам Карачаилы: «Наши певцы — самые обыкновенные пастухи-карачаевцы, с бесконечным запасом остроумия, веселости, едкости, жизнерадостности. Если различные певцы у крупных народов, слепые и зрячие, могли жить исключительно на дары своих случайных слушателей, случайных аудиторий где-нибудь возле собора, на площади, на улице или просто на базаре, исхаживая вдоль и поперек города всей своей страны, то певцы Карачая совсем другое. Карачай крайне ограничен по своей территории. Певцы Карачая занимаются скотоводством наравне с остальными согражданами, но как люди, отмеченные „перстом судьбы", слагают, между прочим, различные песни, хвалебные или ругательные...»14Ислам Карачайлы, Сатирические песни Карачая, стр. 39..

В народе до сих пор живы имена таких народных певцов, как Касбот Кочкаров, известный в народе под прозвищем Сын меди («Багъыр улу»), Anna Джанибеков (Сын жести — «Къалай улу»), Кючюк Байрамуков (Сын Дебо —«Дебо улу»), Ерюзмек Меккяев, Кайсын Батдыев, Шеке Байчоров. Из поколения в поколение бережно передавались не только песни, сложенные ими, но и их остроумные шутки по тому или иному поводу, интересные случаи из их жизни. В народе сохранилась быль о встрече двух знаменитых певцов — Каобота Кочкарова и Аппы Джанибекова. Состязание между ними началось так. Касбот Кочкаров обратился к Аппе Джанибекову с вопросом: «Ты кто такой?». Anna Джанибеков, не долго думая, ответил на вопрос Касбота двустишием:

Сен Багъыр эсенг, мен Къалай,
Сен къалай есенг, мен алай.

Если ты Медь, то я Жесть,
Если ты поэт, я тоже поэт (буквально «Каков ты, таков и я»).

Как свидетельствует народная память, в этом трудном поединке достойных соперников победил Касбот Кочкаров.

Из народных певцов нашего времени наибольшей популярностью пользуется Мусса Байчоров - житель аула Верхняя Теберда. Он обладает феноменальной памятью, острой наблюдательностью, хорошим голосом. Мусса Байчоров знает множество народных оказаний, песен, легенд, сказок, пословиц и поговорок. Немало широко известных в народе песен сочинено им самим. Мусса Байчоров отличается исключительной любовью к шутке, балагурству.

Знатоком карачаевских народных песен был Абук Эриккенов — житель аула Ильич (ум. в 1965 г.). С его слов в 1963 г. сотрудниками Карачаево-Черкесского научно-исследовательского института С. Гочияевой и Р. Алиевым были записаны малоизвестные варианты песен «Салимгерий», «АбулКерим» и др.

Одной из лучших исполнительниц карачаевских народных лирических песен является жительница аула Нижняя Теберда Марзият Джуккаева. Голос у Марзият Джуккаевой грудной, сильны, поет она с необычайным воодушевлением и волнением. В репертуаре Джуккаевой хорошо звучат и песни других жанров. В ее исполнении сотрудниками института была записана старинная народная песня «Каншаубий», направленная против социальной несправедливости. Речь Марзият Джуккаевой искрится юмором, поражает тонкой наблюдательностью.

Прекрасные знатоки и талантливые исполнители современных народных песен — жители аула Нижняя Теберда Мудалиф и Рамазан Болатовы. В их репертуаре преобладают шуточные и любовные песни.

В народе установились определенные традиции исполнения тех или иных песен. Обычно солист с хорошим, сильным голосом запевает песню, другие (несколько человек или целый хор) делают эжиу —сопровождают исполнение унисонным пением.

В мелодическом и ритмическом отношениях к карачаевским песням наиболее близки адыгские и осетинские народные песни.

Из музыкальных инструментов карачаевцев нам известны сыбызгы, кобуз и кыл кобуз.

Сыбызгы — один из наиболее старых инструментов. Он представляет собой нечто в виде дудки с шестью отверстиями. Изготовляется из тростника или ружейного ствола. Когда-то сыбызгы был одним из самых популярных музыкальных инструментов. Обычно игрой на сыбызгы сопровождались танцы.

Кыл кобуз —старинный смычковый музыкальный инструмент.

И сыбызгы и кыл кобуз считались мужскими музыкальными инструментами.

Кобуз — женский музыкальный инструмент — однорядная гармоника. В советское время на гармонике стали играть и мужчины. Так, широкую известность получили в последние годы кобузисты Аубекир Кулов, Энвер Байчоров и др.

* * *

Из общего и довольно беглого обзора разнообразных жанров песенного творчества карачаевцев, сделанного нами, уже видно, что в песнях нашли широкое, многостороннее, яркое отображение жизнь народа, его быт. нравы, традиции, психология. «Народные песни — народная история, живая, яркая, исполненная красок, истины, обнажающая всю жизнь народа,— писал Н. В. Гоголь. — Историк не должен искать в них показания дня и числа битвы или точного объяснения места, верной реляции, в этом отношении немиогие песни помогут ему. Но когда он захочет узнать верный быт, стихии характера, все изгибы и оттенки чувств, волнений, страданий, веселий изображаемого народа, когда он захочет испытать дух минувшего века, общий характер всего целого и порознь каждого частного, тогда он будет удовлетворен вполне; история народа разоблачится перед ним в ясном величии»15«Н. В. Гоголь в литературе. Сборник статей», М., 1952, стр. 4б_.

Наряду с литературными произведениями народные песни, как и другие жанры устно-поэтического творчества, несут добрую службу, способствуя повышению культуры советских людей, развитию их эстетического вкуса, воспитанию гуманности, честности, стойкости в жизненных испытаниях.

Карачаевские поэты, писатели, художники, композиторы высоко ценят песни своего народа, изучают их, испытывают их благотворное влияние. Да это и понятно: «Народ, — по справедливому выражению М. И. Калинина,— это все равно, что золотоискатель, он выбирает, сохраняет и несет, шлифуя на протяжении многих десятилетий, только самое ценное, самое гениальное»16«М. И. Калинин о нителитере. Сборник статей и йысказываний», Л., 1949, стр. 195..

Р. Ортабаева


Примечания.
1 [↑ назад]См. подробнее X. О. Лайпайпанов. К истории каракарачев и балкарцев, Черкесск, 1957; Е. П. Алексеев,, Карачаевцы и балкарцы — Древний народ Кавказа, Черкесск, 1963; В. П. Невска,, Социально-экономическое развитие Карачая в XIX в. Дореформенный период, Черкесск, 1960; сб. «О происхождении балкарцев .и карачаевцев. Материалы научной сессии по проблеме происхождения балкарцев и карачаевцев 22—26 июня 1959 г.», Нальчик, 1960.
2 [↑ назад]Журн. «Кавказ», 1901, № 270.
3 [↑ назад]М. А. Балакирв,, Воспоминания и письма, Л, 1962, стр. 452— 453.
4 [↑ назад]«Памяти Сергея Ивановича Танеева. 1856-1946. Сборник статей», М—Л., 1947, стр. 196.
5 [↑ назад]«Насра Ходжаны хапарлары», Микоян-Шахар, 1931; «Насра Ходжа-кы хапарлары», Микоян-Шахар, 1936; «Къарачай фольклор», Микоян-Шахар, 1940; «Эски къарачай джырла», Микоян-Шахар, 1940; «Нарт сёз-ле», джарашдыргъан Алийланы Солтан, Черкесск, 1963; «Къарачай халкъ таурухла», Черкесск, 1963; «Къарачай поэзияны антологиясы», Ставрополь, 1965
6 [↑ назад]«Северный Кавказ», 1930, № 1, стр. 39.
7 [↑ назад]Газ. «Красный Карачай», 1935, № 114.
8 [↑ назад]Журн. «Музыкальное образование», М., 1928, № 2.
9 [↑ назад]Обстоятельный анализ этой песни дан в книгк А. А. И.раевой «О фольклорном наследии карачаево-балкарского народа» (стр, 32—35).
10 [↑ назад]А. И. Караева, О фольклорном наследии карачаево-балкарского народа, стр. 25—26.
11 [↑ назад]Ом. Ш. Д. И н а л - И п ,, Абхазы, Сухуми, 1960.
12 [↑ назад]Кызылбеки — одно из абазинских племен.
13 [↑ назад]Джёрме — род вареной колбасы из нутряного сала, завернутого в стенки желудка.
14 [↑ назад]Ислам Карачайлы, Сатирические песни Карачая, стр. 39.
15 [↑ назад]«Н. В. Гоголь в литературе. Сборник статей», М., 1952, стр. 4б_
16 [↑ назад]«М. И. Калинин о нителитере. Сборник статей и йысказываний», Л., 1949, стр. 195.
Категория: Общие 1 | Добавил: drxblack (18.02.2015) | Автор: Къарачай халкъ джырла
Просмотров: 1886 | Теги: О карачаевских народных песнях

Всего комментариев: 0
avatar